1О политических и хозяйственные вопросы, которые должны рассмотреть участники саммита G-20 в Санкт-Петербурге говорим с немецким политологом Александром Раром

В четверг в Стрельне, что под Санкт-Петербургом, начался двухдневный саммит Большой двадцатки. В Россию съехались представители 20 крупнейших экономик мира. Формально форум посвящен экономическим вопросам, однако доминирует на нем политика.
Группа двадцати министров финансов и глав центральных банков, Большая двадцатка, или как ее называют еще короче — G-20 это формат международных встреч, объединяющий 20 крупнейших экономик мира: 19 национальных и Европейский Союз. Группа G-20 первый раз собралась в Берлине еще в 1999 году, начиная с 2008 года ее встречи происходят на самом высоком уровне — то есть с участием президентов и глав правительств отдельных государств. Сейчас в странах G-20 проживает две трети населения планеты, они производят 90% общемирового ВВП и проводят 80% международных торговых операций. Если в начале в Большую двадцатку относились как к очередному консультативного международного форума, то теперь некоторые эксперты называют ее саммиты «заседаниями мирового правительства».
Главными темами петербургской встречи должны были стать налоговые реформы, создание новых рабочих мест и поощрении инвестиций. Собственно в этом компоненте были особенно заинтересованы страны ЕС. Говорит Магдалена Скаевська, корреспондент Польского радио в Брюсселе :
- Европейская экономика сейчас находится в лучшем состоянии, чем год назад, что по мнению политиков свидетельствует об эффективности совместной борьбы с кризисом. «Первый раз в течение последних лет я не буду вынужден слушать лекции, как управлять ЕС», — сказал председатель Еврокомиссии Жозе Мануэль Баррозу. По его мнению, мир сейчас нуждается в том, что европейцы называют «уравновешенным экономическим ростом». В Санкт-Петербурге ЕС обратит особое внимание на борьбу с «налоговыми гаванями» и финансовыми махинациями. Также Брюссель хочет, чтобы лидеры G-20 решительно осудили протекционизм, который стал появляться на национальных рынках.
Экономика, хотя формально и является главной темой встречи, однако, уже сейчас понятно, что все дискуссии вращаться вокруг последних событий в Сирии и нехватки согласия со стороны России и Китая на начало интервенции. Как сообщает корреспондент Польськог в радио в Германии Войцех Шиманский , местные эксперты не верят, что в ближайшее время Запад и Россия смогут выработать общую позицию по сирийскому вопросу:
- Как пишет дневник «Zuddeutsche Zeitung», Барак Обама и Владимир Путин, конечно, встретятся в Петербурге, однако не надо иметь по этому разговору больших ожиданий. Путин нет причин изменить свою позицию, для Обамы же важнее заручиться поддержкой относительно военного удара по Сирии внутри собственной страны. Другие немецкие газеты тоже пишут, что для Обамы вопрос дискуссии над Сирией в ООН уже закрыт, он смирился с проигрышем на этом фронте.
Чуть больше семи лет назад, когда Санкт-Петербург принимал саммит Большой восьмерки, западные аналитики еще выражали надежду, что с Путиным можно договориться. Что изменилось в подходе Запада к России сейчас — комментирует немецкий политолог Александер Рар :
- Сам форум Большой двадцатки на эти годы изменил свой формат: он стал намного влиятельнее, настоящим мировым правительством. По моему мнению, G-20 сейчас легче быть принять знаковые решения, она банально имеет для этого больше оснований, чем Большая восьмерка — Америка плюс Европа и Япония. Путин, открывая сейчас саммит в Петербурге, так себя и видит — лидером мирового правительства. Для него успех этой встречи этот вопрос и престижа, и власти, и ответственности. Но сейчас российский президент уже не имеет такого хорошего имиджа, 7 лет назад. Выглядит так, будто США и Россия сейчас не могут договориться ни по одному вопросу, даже по вопросам безопасности, которые последнее десятилетие скорее не вызвали больших дискуссий. Потерянный конструктивный диалог между Брюсселем и Москвой. Запад и Россия сейчас попали в ситуацию, близкую к реалиям времен «холодной войны».
Рар, который является автор биографии Владимира Путина и нескольких книг на тему России в системе международных отношений, однако не исключает, что нынешняя встреча G-20 является шансом для России и США договориться по важным для них вопросам:
- Хорошо, что вопрос Сирии, которое пока невозможно решить, будут обсуждать на встрече двадцатки, пусть и неофициально. Ведь программа саммита заключалась еще год назад, тогда никто не мог предвидеть обострение ближневосточного конфликта. Это хороший шанс для этого форума показать свою эффективность по сравнению с ООН, доказать ответственность развитых экономик за безопасность мира. Думаю, лидеры G-20 могут найти не просто компромисс. Реально долгосрочное решение сирийской проблемы. Случай дискуссии над интервенцией в Сирию, где были приняты химического оружия, это проблема интерпретации международного права. Вашингтон считает, что мир стал полностью глобальным, и каждый может вмешиваться в дела другого государства, если они представляют собой угрозу. Москва, а вместе с ней Пекин и Дели, считают, что приоритетом однако должно быть суверенитет каждого государства. На решении этой дилеммы двадцатке и стоило бы остановиться.
Несколько лет назад Россия была в фаворе еще по одной причине — ее вместе с другими странами БРИКС: Бразилией, Индией, Китаем и Южно-Африканской Республикой, — называли двигателем преодоления мирового экономического кризиса. Сейчас же, вне Китая, страны БРИКС не демонстрируют впечатляющих темпов развития. Однако, по мнению Александер Рара, экономический фундамент в российском диалоге с Западом еще рано списывать:
- Я бы не согласился с такой оценкой, БРИКС не играет большой роли в мировой экономике. Да, эти страны уже не показывают такие темпы развития ВВП как 2-3 года назад. Но посмотрим на ЕС — здесь темпы развития или на нуле, или идет спад промышленной продукции. А вот кто довольно быстро выходит из кризиса, то это Соединенные Штаты. Это позволит им укрепить свой статус супердержавы. Россия до сих пор остается гигантом в энергетике, европейские и азиатские страны просто обязаны с ней сотрудничать. Развитие БРИКС происходит медленнее, чем прогнозировали несколько лет назад, но тенденция неотвратима: мир будет не моно-или биполярным, а многополярным. И Западу придется с этим считаться.
Заметим, что польские политологи скорее скептически относятся к перспективе принятия конкретного решения по делу Сирии во время встречи Владимира Путина и Барака Обамы в Петербурге. Вопрос о том, чтобы Польша не в составе представительства ЕС, а как отдельный субъект присоединилась к плеяде G-20, уже несколько раз становилось предметом политических дебатов в стране, но международная общественность эту инициативу пока не поддерживает.